Это было в 20-х гг. прошлого века, когда по инициативе Великобритании был созван Мальтийский трибунал, который должен был осудить османских должностных лиц за преступления против армян.
Что самое интересное, руководителем экспертной группы, задача которой состояла в том, чтобы подтвердить доводы обвинения, англичане назначили армянского ученого Ханга Хазарьяна, которому поручили произвести тщательное исследование архивов Османской империи, Великобритании и США на предмет выявления соответствующих материалов.
Однако, Х.Хазарьян и его подручные так и не обнаружили никаких свидетельств того, что османские должностные лица санкционировали, либо же поощряли убийства армян. В конце концов, британский генпрокурор оправдал и освободил 144 задержанных после двух лет и четырех месяцев содержания под арестом [3].
Казалось бы, после этого по данному вопросу должна была быть поставлена точка. Однако этого не произошло. Армянство снова взяло на вооружение хорошо испытанные методы шантажа и террора. Именно на 20-е гг. XX века пришлись политические убийства бывших официальных лиц Османской империи и Азербайджанской Демократической Республики, осуществленные террористами партии «Дашнакцутюн».
Спустя полвека по миру прокатилась новая волна насилия со стороны армянских террористических организаций, жертвами которой стали не только турки, но и евреи, русские, французы, американцы и представители других национальностей. Это не только не приблизило армянство к признанию так называемого геноцида, но и настроило против него мировое общественное мнение.
Дошло до того, что тогдашний президент США Р.Рейган после очередной преступной акции армянских террористов 28 июля 1983 года заявил: «Никакая реальная или вымышленная обида не может оправдать эти ужасы сегодняшних дней. От имени народа и правительства США выражаю глубокое соболезнование турецкому правительству и семьям невинно погибших жертв. Но недостаточно ограничиться соболезнованием. Это бессмысленное насилие должно быть прекращено. На днях я буду говорить с другими руководителями государства относительно срочных и более скоординированных мер, чтобы изжить из цивилизованного общества такие варварские и бесчеловечные действия» [1].
Наряду с террористической деятельностью сыны Хайастана вели интенсивную пропагандистскую работу, направленную на признание так называемого геноцида. Первым – в 1965 г. - наживку проглотил Уругвай, а к 2008 году число стран, уверовавших в армянскую интерпретацию событий 90-летней давности, достигло двух десятков.
В целом, в связи со стремительным развитием СМИ идея «геноцида армян» настолько видоизменилась, что превратилась в своего рода эгрегор – структуру, имеющую собственную энергетику и подчиняющую своему влиянию все новые и новые пространства. Как отмечают специалисты в области эгрегорологии, количество сторонников является одним из определяющих факторов силы эгрегора, как структуры, влияющей на процессы в окружающем мире. В свою очередь, эгрегор дает человеку поддержку и силу, уверенность в себе [10]. И действительно, идея «геноцида армян», пропагандистская кампания в ее пользу, словно дает силу армянству, выступая в роли консолидирующего фактора, являясь в то же время средством самоидентификации для армянства.
Американский профессор Жирайр Либаридян, анализируя проблему, отмечал, что страх армянской диаспоры перед ассимиляцией «вынуждал ее представителей искать и находить якоря, которые бы подтверждали их национальную идентичность. Так что, битва за признание геноцида превратилась в организующее предприятие и объединяющий принцип. Она объединяет прошлое и будущее: будущее состоит из признания прошлого. Настоящее есть лишь момент, в котором идет борьба» [2]. При этом, на каком-то этапе борьба становится всепоглощающим процессом, в котором уже не различаешь за что собственно борешься и против кого. Это доказывает история армянского терроризма, жертвами которого стали люди самых разных национальностей. В конце концов, армяне начинают бороться друг с другом, что мы в очередной раз наблюдаем в Армении, где развернут фронт борьбы с карабахским кланом под лозунгом – «Борьба, борьба, до конца!».
Кстати, для армянских властей миф о геноциде - удобный пропагандистский лозунг, позволяющий внутри страны переводить стрелки общественного недовольства на внешнего врага, а за пределами Армении иметь неограниченный доступ к ресурсам диаспоры. Как утверждает армянский оппозиционер Армен Григорян, официальный Ереван «разделяет точку зрения многих армян диаспоры, что признание геноцида важнее установления дипломатических отношений с Турцией и открытия границы, которое позволило бы Армении эффективно использовать пути коммуникаций с европейскими и ближневосточными странами». Это выгодно правящим кругам Армении, поскольку «признание геноцида в качестве первоочередной задачи внешней политики - удобная уловка, обеспечивающая поддержку диаспоры для недемократической внутренней политики» [4].
Необходимо отметить, что идея «геноцида армян» для Армении превратилась в своего рода политический бренд, который предлагается на внешнем рынке заинтересованным сторонам. В политологии как целое направление получила развитие политическая брендология, в соответствии с которой внешняя политика государств есть ни что иное как привлечение внимания к стране за счет тех или иных политических брендов. Как указывает В.Ляпоров, эти бренды становятся своего рода идеями государств, которые те культивируют «в качестве ключевого сообщения во внешний мир» [6]. Исследователь перечисляет и несколько наиболее заметных брендов-государств. К примеру, идея США – American Dream, идея Великобритании – Cool Britannia, идея Италии – Dolce Vita, идея Германии – Vorsprung durch Technik, идея Швейцарии – Keeping Privacy. Продолжив этот ряд и применив его к Армении, получим: идея Армении на современном этапе – Armenian Genocide. Это и есть то, что Ереван предлагает купить. При этом, покупают этот товар (в виде принятия того или иного политического решения), как правило, те государства, которые имеют определенные, далеко не дружественные, планы в отношении Турции. То, что этот товар наполнен фальшивой начинкой – для покупателей вопрос второстепенный.
Любопытно, что о склонности армянства к манипуляциям с историческими фактами открыто говорят и сами армянские авторы. Как отмечает политолог Левон Мелик-Шахназарян, «армянин безмерно любит собственную историю, беспрестанно перечитывает ее, особенно пристальное внимание уделяя наиболее страшным страницам национальных бедствий. Он упивается трагедиями и катастрофами, выпавшими на его долю, не переставая гордиться тем, что ему все же удалось выжить. Ложный, незрелый патриотизм заставляет армянина преувеличивать выпавшие на долю народа страдания, многократно превышать количество жертв при тех или иных катастрофах» [7].
В своем исследовании «Страсти по виртуали» профессор Ровшан Мустафаев указывает, что в современную эпоху идея армянского геноцида приобрела виртуальный характер, при котором «цифры лишаются главного своего аргумента – здравых смыслов» [8, 30]. В условиях расширения виртуальной реальности эта идея «пролетает по залам представительной демократии, широко озвучивается в прессе, способствует созданию сети лоббистских организаций», но «даже в полете – это не знаковая птица, по которой арабы и древние римляне пытались разгадать свою судьбу» [8, 31].
Присутствие в списке государств, признавших «геноцид армян», исторических противников Турции, которые данную концепцию рассматривают в качестве рабочего инструмента собственной политики в отношении Анкары – факт очевидный. Так же, как и то, что соответствующие решения парламентов тех или иных стран больше политически мотивированы, нежели исторически обоснованны. В целом, как справедливо указывает российский политолог Гейдар Джемаль, «мифы о геноцидах являются сильнейшим оружием международного либерального клуба, с помощью которых организуется политкорректное зомбирование «молчаливого большинства» [5].
Проблема армянства в том, что созданные им мифы, подобно мыльным пузырям, рано или поздно лопнут, оставив с носом (армянским?) тех, кто верил в эти басни. Протрезвление уже наступает. Уже слышны в Армении голоса тех, кто пытается расшевелить соотечественников. На одной из конференций в Ереване, где встречались общественные деятели трех стран Южного Кавказа, молодая армянская писательница Луиза Погосян высказала очень интересные мысли на вышеуказанную тему: «Мифы о геноциде, которыми нас кормили в советское время в течение многих лет, трансформировались в обреченное понятие о вечности вражды между армянами и турками, а также и азербайджанцами. Процесс признания геноцида, процесс осуждения преступления против человечества, по моему глубокому убеждению, трансформировался у нас, армян, в комплекс своей исключительности и превосходства над всем остальным миром. Это и есть болезнь, мешающая нам адекватно воспринимать действительность и двигаться вперед» [9]. Если пошли такие разговоры, то есть надежда, что в Армении наступит, наконец, эра демифологизации, что, несомненно, благотворно скажется на политической атмосфере в регионе.
Список использованной литературы:
1. «Armenian allegations: myth and reality. A handbook of facts and documents» - The Assembly of Turkish American Associations, Washington, D.C., 1987
2. Libaridian G. “The past as a prison, the past as a different future”, www.esiweb.org/pdf/esi_turkey_tpq_id_45.pdf
3. «Геноцид». Событие и факты http://karabakh-doc.azerall.info/ru/armyanstvo/arm29.htm
4. Григорян А. «Обязанность армян по отношению к будущему» - Forum Vilnius, www.forumvilnius.lt
5. Джемаль Г. «К вопросу об армянском геноциде» http://www.kontrudar.ru/material.php?id=287
6. Ляпоров В. «Государство – это бренд. Бренд-политика как фактор глобальной конкуренции государств» http://library.gospolitika.ru/
7. Мелик-Шахназарян Л. «Характер армянского народа» - Е.: Тираст, 1999 http://armenianhouse.org/mshakhnazaryan/
8. Мустафаев Р. «Страсти по виртуали», Б.: Элм, 2006
9. Погосян Л. «Примирение армянского и азербайджанского народов неотделимо от примирения Армении и Турции» http://www.southcaucasus.com/
10. Эгрегор http://ariom.ru/wiki/Jegregor
М.Губалы
Day.Az
|
